Сентябрьское сочинение на вольную тему

panorama

В этом году, в феврале, я гуляла по парку возле дома и ловила короткий миг перед весенним равноденствием. Мне думалось, что этот момент, эти густые тучи изредка разрывающиеся короткими всплесками света, темная кора подпирающих небо дубов и акаций, холодные камни парапетов, хриплый грай грачей — все как нельзя лучше подходит панихиде по минувшему году. Это был момент, когда стало совершенно ясно, что 2016й уже умер, а 2017 еще не родился. И было уместно грустить. Было неглупо надеяться.

Когда нахлынул март, надеяться стало поздно. У рожденных организованными людей к этому времени уже куплены билеты и продуманы маршруты, заказаны саженцы и сброшены килограммы. Мне же, зависшей между сезонами, стал невыносимо тяжел этот груз чего-то приближающегося. Настолько тяжел, настолько непонятен, что я предпочла увильнуть от ответственности в, казалось, спасительном «и это тоже пройдет». Осознавать скоротечность сущего весной проще простого: весь мир меняется с умопомрачительной скоростью, заставляя сожалеть об утекающем сквозь пальцы лете еще до его наступления. Kiss me hard before you go…

Между тем, лето все откладывалось. Вместе с ним не наступал и отпуск. Из раза в раз планы трансформировались то из-за климатического коллапса, то в силу иных обстоятельств столь же непреодолимой силы.

На этот раз я не спешила. Кажется, растянутое лет этак на 5-6 состояние «когда едем?», наконец, отпустило. Возможно, оно просто сменилось на «are we there yet?» — пока сложновато разобраться. Нет отпуска? ОК, будем работать. В июле мы попробовали трудиться в дачном режиме: 4 дня в неделю, утром обязательный чай с молоком, вечером — прогулка по лесу. В соседнем доме жил Пашин отец, который очень кстати мог отвести детей на пруд искупаться или занять их сбором урожая шелковицы и абрикос, пока родители отсиживали задницы у компьютеров.

hadgehogЭто выглядело со стороны, наверное, занятно. Слишком уж поставленные на бирже цели диссонировали с окружающим пространством: глиняной штукатуркой, эмалированными кружками с водой, железным засовом на дверях, чахлой электроплиткой и садовыми перчатками (такими, знаете, с пупырышками), брошенными у входа.

Света вылазит утром из-под лоскутного одеяла, проверяет, тепла ли еще стенка печи — ночью было +5 градусов, что для июля как-то зябковато. По узкой тропинке мы пробираемся между кустами малины к свёкру в дом — там есть вода, которую нужно после умывания еще и не забыть принести к нам, иначе чая не видать. После этого можно час-другой заниматься созерцанием внутренней пустоты. До того желательно не забыть подгрузить все графики, чтоб в 10 часов внезапно не обнаружить, что интернет сегодня — говно (Паша, может ты выйдешь и покрутишь антенну?). Пока на рынке ничего не происходит можно поискать оптимальные цены на мотоблоки по заявкам трудящихся. Потом надо не забыть слить за день примерно столько, сколько стоит домик в этой деревне и вечером как ни в чем не бывало пойти в лес и найти там пригоршню земляники и белый гриб прямо на дороге. Ночью можно тихонечко под одеялом включить телефон, загрузить Т4 и посмотреть как срабатывает тейк-лимитка от отставленной через ночь сделки.

Как то самое лоскутное одеяло июль покрылся пятнами противоречивых впечатлений: клёкот аиста, охапки свежего сена на крыльце (Надя, не сиди на бетоне!), старенький полузабытый ноут со стертыми клавишами, семейство ежей во дворе, обмельчавший пруд и тарзанка, с которой, увы, уже нельзя плюхнуться прямо в воду, забавные крольчата в корзине, драм-н-басс и Prodigy с соседcкого двора, оранжевая с белыми прожилками мякоть абрикоса и радужный ореол полной луны.

Дорога домой прошла в ощущении острого дежавю, только это почему-то не я засыпаю у мамы на коленях. Есть машина,  есть дети, есть колени, даже шоссе то же самое, но мама на этот раз — я, и это отчего-то странно. Сегодня я уже собирала в школу второклашку: будила, кормила, делала бутерброд с собой, вела за ручку обеих девченок и четко понимала, что вот она я, мама со всеми обязанностями и ответственностью, а вот тогда, в машине,  почему-то это казалось странным.

SnovПотом мы ездили на Снов. Это река такая у нас, прозрачная, почти как море (и тем обиднее было забыть взять с собой маску для ныряния). Нас было четверо и никого другого видеть на берегу рядом совсем не хотелось. Дети обрадовались, что река достаточно узкая, чтоб ее суметь переплыть самостоятельно. Я радовалась, что она достаточно извилиста, чтоб сидеть на круче и высматривать все новые черты в ее изгибах. Паша был доволен тем, что рядом есть ясеневые рощи (вроде как почти лес).

Знаете такой мультик старый китайский «Царь обезьян»? У царя там был волшебный посох, которым он довольно ловко громил всех несогласных с титулом. Так вот, Паша, пользуясь случаем (изобилием веток и отсутствием хрупкой посуды вокруг) учил детей так же ловко крутить палку. Однажды они снова затребовали новую тренировку.

— Рада, а где твоя палка?

— Я проверяла, достаточно ли она крепкая.

— И…

— Ну, она недостаточно крепкая.

Однажды ночью разразилась буря. Потемневшее от туч чуть раньше срока небо всю ночь кроили молнии. Грохотало у самой палатки, и, спешу доложить, ничто так не заостряет ощущение хрупкости бытия, как гнев Зевса прямо над головой. Утром юные натуралисты имели возможность узнать, как выглядит дерево, в которое совсем недавно попала молния.  Не более, чем в 20 метрах от нас пострадали два тополя: кору у обоих рассекло сверху донизу несколькими вертикальными полосами, а один даже немного обгорел у корней. Такая трещина выглядит совсем как человеческий рубец, особенно чуть позже, когда кора высохла и немного стянулась, оголяя красноватый камбий еще сильнее. Когда видишь широкие полосы содранной молнией коры, раскиданные по поляне и эти влажные ужасные раны, становится невыносимо жаль этих великанов. А еще чувствуешь к ним большую благодарность — взяли ведь удар на себя ведь.

porogiНачало августа прошло по старой традиции в роли переводчика для друзей из Англии, ради которой пришлось разорвать отпуск на две части. Помимо встречи со старыми друьями, этот недельный перерыв подарил еще одного нового друга.

Ездили по городу и заметили, что на остановке уже больше суток стоит лайка. Подошли, поздоровались, осмотрели. Ошейника и чипа не было, только татуировка с номером, по которому хозяина не вычислить. Ногти подстрижены, команды знает, голодный как.. ну да, он же и есть собака. Не оставлять же на произвол судьбы! Открыли багажник и пес не долго думая туда взгромоздился. Предложила родителям передержать, пока ищем хозяина. Они в частном доме живут, что для лайки как бы лучше всего, а своей собаки у них нет уже больше года с тех пор, как похоронили Лилу. Они и зарекались новую заводить, но хозяин лайки так и не нашелся, и не похоже, чтоб сам искал пса. Так в доме поселилась рыжая бестия. Псу от силы год, судя по зубам, так что энергии пропасть. Сейчас, спустя месяц, говорят, что теперь и хозяину бывшему уже не отдадут. Ну, посмотрим как оно дальше будет.

Потом до самых дождей и предосеннего похолодания мы тусили на Днепре, который хоть и чуть более далекий по расстоянию, но более близкий по духу друг. Там, на необитаемом острове, собирали между палаток грибы,  удивлялись масштабам бобриной деятельности, делали миниатюрную модель речных порогов (просто налей воды), нашли лисью нору, сушили таранку (часть сожрала, видимо, та самая лиса), настраивались потихоньку на новый рабочий год.

Теперь вы знаете, что мы делали прошлым летом.

Работа уже давно началась, и, увы, в трейдинге все довольно печально, но об этом, пожалуй нужно отдельным постом. Stay tuned!

Читать дальше

Итоги августа

Вот уж не знаю, правы ли те, кто утверждает, будто лето — тухлый сезон на бирже, и лучше провести его где-нибудь на пляже. По результатам моих бэктестов июль действительно был одним из худших месяцев для торговли за последние пол года, а вот август уже лучше. К счастью, реальная моя торговля пусть далеко не идеально, но все же коррелирует с теоретической ТС.

Но вначале отчет за последние дни. Понедельник бездарно флэтил в узком диапазоне. Неудивительно, что за день я успела и продать, и купить:

2016-08-29

Сейчас вижу уже, что можно было и откат небольшой подождать, но в действительности рискнула зайти с довольно большим стопом в 20 тик на продолжение движения. Дело в том, что в пятницу состоялся ложный и очень стремительный, объемистый пробой уровня 48.32, после которого мешкать с продажами не хотелось. Когда появился внутридневной сигнал на покупку, скрепя сердце, закрыла шорт и перевернулась. Остаток дня действительно росли после этого, но предварительно вынесли мне стоп, негодные. В общем, заработала жалкие гроши я на этих манипуляциях. Почти ноль.

А вот во вторник открыла просто шикарную продажу:

2016-08-30

Кто-то скажет, что рано закрылась, но, знаете, у меня тут не 10 контрактов, и даже не 2. Первую цель сделали в 80 тик, и славно. Я, честно говоря, даже не ожидала, что 46.42 так легко дастся. Думала, вначале еще разок к 48.00 сходим. Особенно усиленно я так думала, конечно, пока целый час цена ходила вокруг да около моей точки входа. Вот не перестаю удивляться: уже тверже некуда решила выходить только по стопу, цели или обратному сигналу, но почему-то каждый раз в подобной ситуации внутренний голос противно брюзжит: «Да явно ж сейчас отстопит, перетянись в бу, тебе что, $100 не жалко?» Паша говорит: «Выставь звуковые алёрты на те уровни, после которых что-то снова решать надо, и выключай монитор, береги нервы!». Он прав, конечно, но что-то у меня плохо получается не подсматривать 🙂

Среда прошла без приключений. Весь день у меня торчала лимитка на 46.28, но до выхода новостей по запасам туда так и не сходили, а после — и подавно. Таким образом,  по моим беглым подсчетам за август с трейдинга должно было набежать где-то 700 с хвостиком долларов. Однако, когда брокеры прислали ежемесячные отчеты, оказалось, что все комиссии и поборы отнимают не так уж мало, и реальный доход оказался аж на $150 меньше ожидаемого.

По-прежнему задаюсь вопросом, куда деваются в реальной жизни те бешеные тыщи денег, что мне должен рынок согласно бэктестам. Проверила.

Там не забрали при слишком уж точной лимитке, там тупанула и зашла слишком поспешно,  здесь на новостях не торговала — так и превращаются 2-3К гипотетического дохода во вполне осязаемые $550. Спасибо, что не убыток. Что ж, будем над этим работать. Действительно, при соотношении risk|reward 1 к 5-10 каждый пропущенный трейд рискует оказаться тем самым, что дает тебе треть, если не половину, месячного дохода. Нельзя пропускать системные сделки.

Несмотря на то, что ТС стала уже предельно простой и выверенной, разработка продолжается. Допиливаю детали, проверяю как и что работает на новостях, где самые длинные серии просадок и как их уменьшить, оптимальные стопы-цели и т.д. Похоже, этот процесс бесконечен. Я, в принципе, не против — лишь бы не навредить. А уж если становится лучше — отчего бы и нет?

Отвели сегодня старшую на линейку. Поверить не могу. Я — мама первоклассницы!  Вчера она меня впервые за три года спросила, что я вообще делаю, пялясь на эти графики 🙂

Оставить комментарий

Читать дальше

Книга про детей, которую полезно прочесть любому взрослому, даже не обремененному семьей.

Недавно стряхнула пыль с Киндла и прочла замечательную книгу «Секретный мир детей в пространстве взрослых» Марии Осориной.

Женщина, начиная вынашивать малыша, как правило, сильно озадачивается собственно процессом беременности и родов. Особо далекоглядные изучают не только наиболее легкие и щадящие пути воспроизведения себе подобных, но стараются освоить и еще одну ступень — что там с младенцем дальше делать-то надо: закалять, кормить, купать, любить? Кстати, пользуясь случаем могу страстно по первому пункту рекомендовать книги Мишеля Одена «Кесарево сечение» (несмотря на интригующее название, она как раз таки про физиологию нормальных родов очень доступно все разжевывает)  и «Как вырастить ребенка счастливым» авторства Жан Ледофф, касательно тех событий, которые разворачиваются уже после рождения человека.

Дальше, как правило, рутинная круговерть надолго отбивает желание что-то там изучать и углублять педагогические навыки. У меня, по крайне мере, было так. И вот, дошли руки, наконец, начать, а главное, прочесть до конца один из прелюбопытнейших трудов. Книга Осориной — это не практическое руководство, не наставление и даже не научная работа. Это сводка весьма ценных наблюдений, которые если к чему и призывают — так это к той же внимательности и чуткости по отношению к детям и самому себе, которую проявила автор систематизировав разрозненные сведения о тайном детском мире.

Мои девчёнки часто просят петь им именно народные колыбельные. «Ходить сон коло вiкон» — лидер нашего вечернего хитпарада вот уже 4 года. Почему не колыбельные из Красной Шапочки или «Умки» — они ведь любят смотреть это на экране? Но перед сном предпочитают слушать про то, как Сон с Дремой выбирают для ночлега именно домик с маленьким ребенком — там уютно и тепло, там они еще и о малыше позаботятся. А ведь все просто. Оказывается, через эти народные песни, еще не умея разговаривать, дети осознают свое «царственное» место в этом мире, свою значимость, право на безусловную любовь — все то, что позволяет им впоследствии расти в парадигме «мир хороший, я хороший».

А вот, на стене у меня висит рисунок младшей.

child's drawing
© Рада. «Папа, мама, я и Надя»

Ей было 2 года и 9 месяцев, когда она нарисовала свою семью. Внимательный родитель заметил бы, что эта картина символизирует переломный момент в ее развитии. Ребенок обучился особой магии. Каляки-маляки теперь по её желанию умеют превращаться в узнаваемые фигуры. У мамы яркая помада, папа — большой. Волшебство! Не говоря уж о том, что опытный психолог сумеет без особого труда определить по рисунку куда смещен семейный баланс, как ощущает себя автор в этом микромире.

Я ругалась раньше на Пашу, когда он, гуляя по лесу обращал внимание детей не только на цветочки и букашек, но зачем-то с сияющими глазами устремлялся вместе с ними к стихийный мусоркам, чтобы выковырять из старого телевизора какие-то стекляшки (ого, оказывается из них можно спаять часы!), обломки клавиатуры, или ржавую железяку. Я как-то по себе припомнить не могу такой склонности, но, оказывается, многие дети любят лазить по свалками и мусоркам, набивать карманы красивыми, но, по мнению взрослых, бесполезными стекляшками, камнями, причудливыми веточками и детальками. А ведь это тоже процесс, который помогает человеку укрепиться в вере, что очень хорошие и ценные вещи — это часто не результат рыночного обмена или подарок богатого родственника, а просто подарок судьбы, божественное подмигивание, свидетельство его удачливости. А вы знали, что согласно исследованиям британских ученых человек, который верит в свою удачливость решает поставленные задачи гораздо эффективнее убежденного лузера? Об этом был один из экспериментов Ричарда Вайсмана. Профессор предложил группе испытуемых подсчитать количество иллюстраций в газете. Те, кто считал себя неудачниками, тратили на задание несколько минут. «Счастливчики» справлялись буквально за несколько секунд, находя на второй же странице картинку с довольно крупной надписью «Прекратите считать, в газете ровно 49 иллюстраций.»

Взрослые - это мы?
Взрослые — это мы?

Да, много еще интересного узнала я о детских занятиях и потребностях от Марии Владимировны.

Есть в книге и спорные моменты. Осорина, к примеру, акцентирует внимание на традициях русской культуры, вроде ледяных горок и их роли в развитии ребенка. Мне кажется, она несколько перегибает палку, считая этот вид зимней забавы уникальным в своем роде. Она уверяет, что в скандинавских странах, несмотря на схожий климат, с горок катаются только на санях или их разновидностях, что не позволяет развить координацию, преодолеть страх соответственно своему возрасту, научиться определенным социальным навыкам. Я могу ошибаться, но по-моему в США и тех же Норвегии и Швеции ледяные горки благополучно заменены скейтами и роликовыми коньками. Но это так, если по мелочам придираться.

«Секретный мир детей в пространстве взрослых» — это не только про детей. Это про тот процесс, который неминуемо происходит с каждым из нас. Вот мы, крохотные и беззащитные, ищем своё место в мире, избегая опасности, находя убежища, увлекаясь яркими событиями и впечатлениями. Вот мы лавируем между реальностью  и своими фантазиями, приспосабливая калитку под качелю, бревно — под автомобиль, а листья с дерева под разменную монету. Мы принимаем окружающую действительность как данность и умело вписываем туда себя, используя воображение. А вот мы уже подросли и все глубже уходим в мысли и фантазии, все больше отдаляясь от реальности: учимся игнорировать звуки, запахи, и окружение, смещая концентрацию все глубже внутрь. Зато у нас появляется «богатый внутренний мир». А потом, чересчур увлекшись им и выгодами от ухода внутрь, внезапно обнаруживаем себя «человеком-островом», оторванным от реальности, одиноким, неспособным строить отношения с миром и людьми. И начинается обратный процесс. Мы обращаемся к психотерапевтам и проводим часы в медитации, чтобы вновь осознать себя неотъемлемой частью мира, а мир — частью себя, чтобы вновь научиться быть здесь и сейчас, вытаскивая себя за волосы из ставших уже болезненными мыслеобразов и фантазий.

Это нормальный процесс. Внимательно наблюдая за детьми, пытаясь понять их нужды и помочь, можно не только сделать своих чад чуточку более счастливыми, но и лучше разобраться в себе.

А мне нужно обязательно повесить назад на дерево тарзанку, которую какая-то злая тетка срезала на нашей площадке под тем предлогом, что «дети об забор стукаются ногами, развалють ещё!» Зачем? Ну так книгу прочитайте — узнаете ; )

Читать дальше

Птенцы слётки. Что с ними делать?

bird-feeding-offspring
© zoounion.org

Скоро набегут дети и будут требовать вечерней сказки, поэтому я сейчас быстро тут напишу, пока не забыла.

В общем, на прошлой неделе дети пришли из садика и наперебой рассказывали про грачонка, которого нашли в кустах на детской площадке. Воспитательница перенесла его в более безопасное место — какую-то близлежащую рощицу, где ежеминутно не проносятся стада наших драгоценных, но таких порой невнимательных мальчишек и девчонок. Грачонок, летать не умел, но живенько скакал по земле.

В связи с этим вдохновенным рассказом, я, увы, настолько слабо ориентирующаяся в орнитологии, что не могу ворону от грача отличить, решила глянуть, что пишут более прошаренные специалисты по поводу таких вот птенчиков, — что там с ними надо делать? Так вот, оказывается, трогать их вообще не рекомендуется. Эти птенцы не выпали из гнезда, а их самостоятельные похождения по земле — это часть природного процесса между жизнью в родительском гнезде и свободным перемещением по воздуху. Мама с папой, как правило, в курсе, где находится их чадо и продолжают выполнять свой родительский долг, т.е кормить птенца, принося то ему, то оставшимся в гнезде братьям-сестрам личинок, червячков и всякую прочую лакомую живность. Сжирает он этого добра за сутки столько, что, поверьте, искать этих червячков для него вы заковыряетесь уже через пару часов. Если же не кормить каждый час, то он долго не протянет. В общем, как бы мил ни был птенец, как бы беспомощен ни казался, — забирать его домой нельзя, да и вообще, лучшее, что можно сделать — как можно скорее убраться подальше, предоставив природе возможность обо всем позаботится.

Так как сейчас нагрянула череда выходных дней, вызванная то Брэкситом, то Днем Конституции, — мы почти каждый день стараемся спасаться от жары на берегу реки. Поэтому, уже через несколько дней после ликбеза детям, возвращаясь с очередной прогулки, мы имели возможность лицезреть птенца-слётка лично. Малыша заметила Надя, — чудом остановилась в шаге от него. Она заметила в нескольких сантиметрах от своего сандалика темный комочек на двух ножках. Все мы уже знали, что трогать птенца не следует, но нас смутило то, что он собрался спать на самой дороге — пусть не самой оживленной и поросшей травой, но все-таки дороге.

Пока мы толпились возле него и бурно обсуждали, стоит ли его все-таки убрать с «проезжей части», или оставить как есть — малыш очнулся от дрёмы, открыл вначале один глаз, чуть позже — второй и пискнул. Потом еще раз пискнул.  А потом его было уже не заткнуть. Мы отошли подальше, чтоб издалека понаблюдать, что будет происходить теперь.

Из зарослей облепихи и ивы вылетела  маленькая пеночка (не уверена, конечно, что это была именно пеночка, но у нас с энциклопедией птиц — это наилучшая совместная гипотеза) и чирикнула. Писк был, кстати, довольно похож на птенцовый с той же примерно разницей, что голос ребенка отличается от взрослого. Озадаченная мамаша летала то там, то сям вокруг дитятка и продолжала чирикать. Прилетела еще одна пеночка — наверное папаня, кто ж еще? Не представитель же птичьей ювенальной юстиции. Совместными усилиями они отманили птенца с дороги ближе к реке (прыгать он умел довольно резво, кстати), а когда он затих в кустах — снова перелетели через дорогу, где, по моим догадкам было гнездо.

bird-do-not-touchПишут, что птицы способны отвлекать людей и животных подальше от гнезда, притворяясь ранеными. Я удивилась, что своего слётка они манили совсем не туда, где сами собрались ночевать, но потом подумала, что они возможно таким образом «хеджируют» семейные риски. Типа, если кому и суждено погибнуть от этих враждебных двуногих, что так подозрительно затаились в десятке метров от них — пусть это будет только один птенец, а не весь выводок.

Мы поразмышляли немного еще на предмет того, не суждено ли этому малышу стать в эту же ночь лакомством для какого-нибудь хорька, ужа или лисицы, но решили, что этот вопрос вне нашей компетенции, — в конце концов, у зверей тоже есть дети, которых надо кормить.

Не знаю, зачем я вам это все рассказываю, но по какой-то причине я даже хочу попросить вас рассказать и другим тоже. Можно даже коротко: если увидите «беспомощного» птенца на земле — не трогайте и просто уйдите. Сейчас на них самый сезон.

 

Читать дальше